Протоиндийская (хараппская) культура и ее особенности

Протоиндийская (хараппская) культура

Современная долина Инда, особенно низовья реки, хранит память о существовавшем здесь 4—5 тысячелетий назад центре великой древней протоиндийской цивилизации, блестящей современнице древнего Египта и Месопотамии. Некогда здесь была цветущая страна, населенная энергичным народом, возвышались укрепленные города, бурно кипела жизнь… А сейчас надгробными памятниками былому могуществу протоиндийских городов стоят светло-красные холмы Мохенджо-Даро, Хараппы, Чандху-Даро, Калибангана и многих других поселений.

Первыми людьми, возвестившими миру о некогда погибшей цивилизации, были археологи.

Заслуга и честь открытия протоиндийской (хараппской) культуры принадлежит индийским археологам Р. Б. Сахни и Р. Д. Банерджи, которые в 1921—1922 гг. предприняли раскопки холмов Мохенджо-Даро и Хараппы. Их работу продолжили американские, английские, французские ученые. Не прекращаются исследования и сейчас. Но едва ли не самыми заманчивыми, интригующими, но и самыми недоступными для понимания остаются надписи на каменных печатях, сосудах, подвесках, оружии и других объектах.

Их найдено более 3000. Они написаны неизвестным письмом на неизвестном языке. Никаких сведений ни о языке и письменности текстов не сохранилось. Такой вариант считается у дешифровщиков самым сложным, практически безнадежным. В этих случаях остается рассчитывать на помощь билингвы — двуязычной надписи, где неизвестный текст дублирован известным. Но отсутствует и этот путь: билингвы до сих пор не обнаружено. Когда нет билингвы, может помочь обилие текстов. Но протоиндийский материал даже и здесь гасил слабую надежду: сейчас известно около трех тысяч чрезвычайно коротких надписей и ни одного монументального текста.

Ситуация, примерно сходная с той, когда человека, не знающего языка, начинают учить по надгробным эпитафиям. Согласитесь, что он сможет извлечь очень небольшую информацию о языке в целом, ведь в надписях повторяются одни и те же фразы.

Не вполне надежной, но все же нитью Ариадны могло оказаться знание обстоятельств, при которых создавалось то или иное послание. И здесь дело дальше догадок не двинулось: никаких достоверных сведений об условиях создания и назначении текстов не было. Такая совокупность удручающих обстоятельств, служила основанием для безнадежного пессимизма — благоприятных перспектив в дешифровке протоиндийского письма не предвиделось.

Тем не менее, более полувека протоиндийские надписи с их захватывающим воображение множеством рисуночных знаков, постоянно соблазняли специалистов и еще больше неспециалистов на попытки дешифровать протоиндийское письмо. Однако эта крепость оставалась неприступной и несокрушимой. К осаде этой крепости приступили советские ученые.

Определение системы письма — важнейший шаг в дешифровке.

При дешифровке письма майя Ю. В. Кнорозов установил, что для коротких текстов с неполным набором знаков можно определять тип письма по кривой убывания новых знаков. Естественно, в письме с малым числом знаков большинство их появится уже в первых десятках знаков сплошного текста.

Следующая важнейшая операция — распознание языка текстов. Для этого изучался состав блоков, выяснялось грамматическое значение и смысл составляющих его знаков, их расположение, возможные комбинации друг с другом. В результате сложилось представление о формальной грамматической структуре языка, скрывающейся за стеной иероглифического письма.

Что это за язык? Кто на нем говорил? Чтобы ответить на эти вопросы, сопоставили данные о языке протоиндийских текстов с теми языками, на которых гипотетически могли говорить в то отдаленное от нас время жители долины Инда.

Разумеется, отождествление языка хараппских текстов с дравидскими не означает, что носители этой цивилизации были прямыми предками современных дравидов, населяющих ныне юг Индии. Термин «дравидский» приложим к протоиндийской цивилизации, строго говоря, лишь в лингвистическом смысле. Вопрос о соотношении лингвистической, этнической и расовой категорий применительно к жителям протоиндийских городов весьма сложен и еще ждет своего разрешения.

Самым представительным из письменных языков дравидской семьи является тамильский. Именно тамильские тексты, эпиграфические надписи алфавитом брахми (примерно III в. до н. э.) и поэтические произведения так называемой санги, относимые к рубежу н. э., оказались древнейшими из дошедших до нас. Поэзия тамилов поражает исследователей и читателей богатством и самобытностью образов, тонким поэтическим вкусом, изысканностью сюжетов, отточенностью формы — всем тем, что заставляет предположить длительную, уходящую в глубь веков предысторию ее существования. И позже она оказалась забытой даже самими тамилами. Лишь в конце XIX в. древнетамильская поэзия была извлечена из мрака забвения и возвращена миру, предоставив исследователям богатый материал для изучения языка, культуры и обычаев древних тамилов.

По мере углубленного изучения текстов отчетливо выявлялись на разных языковых уровнях структурные параллели между соответствующими явлениями в хараппском и дравидских языках, что становилось решающим доказательством в пользу дравидской принадлежности протоиндийских текстов.

Чтения, разумеется, условные, ибо при огромном двухтысячелетнем хронологическом разрыве между дравидским и хараппским (протоиндийским) языками, (и по объективным причинам лингвистического характера) претендовать на точные чтения было бы, по меньшей мере, самонадеянно.

Вот, например, древнейшая дравидская грамматика — тамильский трактат «Толькаппиям» («О древней поэзии»), относящийся приблизительно к началу н. э.,— приводит классификацию шести разновидностей сложных слов. Структурное сходство с ними обнаруживают и словосочетания протоиндийских текстов, благодаря чему их интерпретация существенно облегчена.

Смысл целого ряда хараппских слов и словосочетаний может быть уточнен на основе сопоставления со свидетельствами старотамильских текстов. Так, протоиндийское словосочетание «красная звезда» могло передавать название планеты Марс, звезды Алькор и одного из созвездий по аналогии с тем же кругом значений, зарегистрированных в старотамильских текстах начала н. э.

Разумеется, учитывая историческое изменение языка (или группы языков), мы были далеки от механического переноса грамматической системы дравидских языков исторического периода, и прежде всего тамильского языка, на хараппский язык. Мы стремились изучить язык протоиндийских надписей на основе самих надписей, учитывая соответствующие дравидские данные в качестве своеобразного «поправочного коэффициента»

При работе с текстами привлекались не только языковые и историко-культурные данные, но и этнографические свидетельства, законсервировавшие множество архаических элементов в материальной и в духовной сфере и находящие аналогии в протоиндийском материале.

Тамильские паломники, например, направляющиеся к святым местам Муруги — юного бога, весьма популярного у тамилов, в качестве обязательного атрибута несут ритуальное коромысло, которое воспринимается не только как инструмент для жертвоприношения, но и как эмблема божества. Один из протоиндийских знаков изображает носильщика с коромыслом на плечах, что означает «защитник», «покровитель», и в ряде случаев употребляется как эпитет божества. А на печати из Ура, найденной на Бахрейне, этот знак письма даже заменяет изображение божества.

В раскопках найдено очень много печатей с надписями. Значительная их часть связана с календарем.

По мере формирования государства с сильной центральной властью было введено сменное правление. Жрецы накопили достаточно знаний по астрономии, чтобы «теоретически» обосновать «большой год» — срок правления царя. Одним из вариантов «большого года» был 12-летний цикл, основанный на согласовании движения Солнца и планеты Юпитер, 12 солнечных лет приблизительно равны 11 синодическим периодам Юпитера. Этот цикл оказался особенно удобным, поскольку получилась полная аналогия с годом: каждому из 12 месяцев соответствовал один год двенадцатилетнего цикла. В дальнейшем цикл 12-летия вошел в состав 60-летнего цикла.

Приход к власти очередного бога 12-летнего цикла отмечался праздником с кровавыми жертвоприношениями, вероятно, заменившими убийство царя. Участники праздника получали храмовые пластинки с оттисками изображений богов. Такие изображения богов — покровителей царя пропагандировали божественный характер его власти и одновременно отмечали время наступления нового цикла.

Интересно отметить, что сходный знак обнаружен на мегалитической керамике Южной Индии, где он, вероятно, обозначал божество. Таков один из обычных у дравидов способов включения мифологических кодов в ритуальную практику. Да и сам «юный бог», запечатленный в целом ряде протоиндийских надписей, не только по именам, но и по ряду своих мифологических характеристик обнаруживает сходство с богом древних тамилов Муругой, которого до сих пор почитают в Южной Индии, и во многом близком североиндийскому божеству — Сканде.

По мере изучения протоиндийских текстов все более отчетливо выявлялись преемственные связи, соединяющие незримыми узами некогда погибшую протоиндийскую цивилизацию с последующими культурами Индии исторического периода.

Дешифровка протоиндийского письма открывает перспективы. Тексты изучаются все вместе и каждый в отдельности, исследуются изображения, сопровождающие надписи, форма объектов, на которых они начертаны, выясняется их смысл, подыскиваются разъясняющие аналогии в последующих культурах, сменивших хараппскую культуру на территории Индии. Медленно, с большим трудом удается заставить заговорить столь долго молчавшие тексты.

При чтении удалось восстановить сложный годичный календарь.

В наиболее древнем протоиндийском календаре год подразделялся на полугодия, на два равноденствия: весеннее и осеннее.

Этот календарь, отражающий естественные природные изменения был самым ранним, позже появился сосуществовавший с ним жреческий календарь, связанный с религиозно-культовой сферой, и государственный, продиктованный административными нуждами. Эти календари мало похожи на современные, особенно на такие креативные, которые можно заказать в ProCanvas.

Далекие отголоски протоиндийской архаики, сохраняющейся в глубинных пластах народной культуры, вселяют уверенность, что скудные свидетельства протоиндийских текстов будут оживлены и помогут воссоздать облик погибшей великой цивилизации древности.

Кандидат исторических наук М.Альбедиль, доктор исторических наук Ю.Кнорозов.

Протоиндийская (хараппская) культура ее особенности






Обычно с эти читают :



Написать комментарий